[Предыдущая глава]
42 Кирилл Костин, день 18 июня 2024 года, Москва
Искрящееся лиловое облако летит навстречу серой волне. И серое тает, растворяясь в лиловом, как кусочки сахара растворяются в чае. С легким едва слышимым шуршанием.
Находившиеся под прикрытием Инстанций адепты не успевают ничего сообразить – лиловые искорки, попавшие на их “вторые тела” обеспечивают им качественную амнезию, вышибая кратковременную память. Разумеется, адепты немедленно теряют фокус. В этом месте можно находится, только сознательно удерживая его перед внутренним взором. И потому ещё через несколько секунд перед нами остаётся пустой коридор. Куда попали эти люди в результате такой вот принудительной “эвакуации” – я не знаю. Но точно не хочу вслед за ними и потому мысленной командой приглушаю жезл. Теперь редкие фиолетовые лучи идут только с его торца, оставляя на потолке пустую полосу.
В голове моей слышен возмущённый вой и бормотание Инстанций – давно уже к ним не относились с таким неуважением. Но что они могут сделать в собственном Месте? Как выяснилось – немногое. Тут просто нечему происходить. Максимум неприятностей, которые им удаётся доставить нам с Белкой– это “случайно” выпадающие панели фальшпотолка и стёкла. Но кроме лёгких царапин на моей щеке и большой, синей шишки на Белкиной голове, результата никакого нет.
Наконец, в моей голове раздаётся голос:
- Чего ты хочешь?!!! – Он гремит, как будто мне в ухо кричат из мегафона.
- Вы знаете. – Я не собираюсь вдаваться в длительные дискуссии.
- Ты разрушаешь. Забирай её и уходи.
Впереди, метрах в двадцати распахивается дверь и оттуда появляется Алёна. Она деревянным, механическим шагом идёт в нашу сторону. Лицо её пусто и бессмысленно.
Самая Прекрасная Девушка одета в строгий деловой костюм. Даже с галстуком. Ей это не идёт – думаю, будь она в сознании, эту форму одежды она бы не одобрила.
Справа от меня Белка начинает бормотать:
- Так, так. Судя по всему посылочку придётся оставлять прямо здесь…
Краем глаза я замечаю, как она шарит в надетом за спиной рюкзаке и поражаюсь неестественной, странной для человека гибкости её тела. Мне бы так не выгнуться.
Тем временем, Алёна подходит ближе и внезапно, вытянув руки вперёд, бросается на меня.
События начинают происходить почти одновременно.
Белка кидает почти под ноги какую-то коробку, извергающую из себя клубы зелёного дыма. В этот момент она на мгновение выпускает мою руку и с громким криком начинает исчезать, теряя цвет и становясь полупрозрачной.
Соседние двери офисов распахиваются, и на нас толпой несутся манекены-клерки – они бездумны, и потому не опасны, хотя могут просто задавить массой.
Я попадаю локтем руки Алёне в подбородок – мне некогда убирать жезл, а прикасаться им к девушке я не хочу – так как результатом станет мгновенный уход её из картинки в неизвестном направлении.
Правой рукой ухватываю уже совсем прозрачную Белку и, одновременно, пытаюсь взять левой Алёну на удушающий приём, зажав её шею подмышкой.
В этот момент я осознаю, что делать нам здесь уже нечего и мгновенно отказываюсь от окружающей реальности.
И мы выпадаем оттуда в какой-то коридор. Похоже - тот самый, который виднелся за спиною охранника на проходной, когда мы только начали свой визит. Вслед за нами высыпается три или четыре манекена, успевших вцепиться в мою одежду.
В нескольких метрах перед нами – группа людей. В штатском. С автоматами направленными в нашу сторону.
За моей спиной слышатся шаги их коллег.
[Продолжение следует]
